понедельник, 28 февраля 2011 г.

Ч у д а ч к а




Одни называют ее чудачкой
И пальцем на лоб - за спиной, тайком.
Другие - принцессою и гордячкой,
А третьи просто синим чулком.

Птицы и те попарно летают,
Душа стремится к душе живой.
Ребята подруг из кино провожают,
А эта одна убегает домой.

Зимы и весны цепочкой пестрой
Мчатся, бегут за звеном звено...
Подруги, порой невзрачные просто,
Смотришь - замуж вышли давно.

Вокруг твердят ей: - Пора решаться.
Мужчины не будут ведь ждать, учти!
Недолго и в девах вот так остаться!
Дело-то катится к тридцати...

Неужто не нравился даже никто? -
Посмотрит мечтательными глазами:
- Нравиться нравились. Ну и что? -
И удивленно пожмет плечами.

Какой же любви она ждет, какой?
Ей хочется крикнуть: "Любви-звездопада!
Красивой-красивой! Большой-большой!
А если я в жизни не встречу такой,
Тогда мне совсем никакой не надо!"
Э.Асадов взято из дневника Женщина_Пантера

СОРОКОЛЕТНЕЙ ЖЕНЩИНЕ



 (600x506, 75Kb)

Ты не кляни свои года напрасно,
И в страхе перед зеркалом не стой.
Поверь, что ты
Воистину прекрасна
Отточенной и зрелой красотой.

Вам этот дар природою завещан,
Не прячь его,
Тогда наверняка
Поверят все, что лучшие из женщин
Рождаются лишь после сорока.

Ах, как правы старинные картины,
Как понимали женщин мастера.
Ах, как несут Венеры и Афины
Свои великолепные тела.

О, как их взгляд убить дыханье может,
И как чисты движенья и легки.
Наверняка на их горячем ложе
Неслабые сгорали мужики.

И если ей сегодня очень плохо,
Она молчит,
И плачет без причин,–
Тут ни при чем ни возраст, ни эпоха.
Всему виной – невежество мужчин.

Эх, знатоки политики и пива,
Поклонники крутых рекламных фей,
Каких сердец,
Какой любви счастливой
Лишились вы по глупости своей…

Пылает в кроне поздний луч осенний,
Он не уймет озябших листьев дрожь.
А я опять стою в ошеломлении,
Когда пустой аллеей ты идешь. "



Евгений Латаев

моему сыну...

Мой мальчик, не грусти по пустякам,
Ведь, по большому счету, жизнь прекрасна.
Когда-нибудь потом, наверняка,
Поймешь, что часто сетовал напрасно.

Хандре и скуке воли не давай,
Не возводи обиды до страданий.
Как птица-феникс, снова восставай
Из пепла бед и разочарований.

Ты даже за соломинку держись,
Когда надежды догорают свечи.
Скажи себе спокойно: «Это жизнь.
Все будет хорошо. Еще не вечер».

Надеяться, сынок, не уставай.
Пусть ноша тяжела и тянет плечи.
В удачу верить не переставай,
Она уже летит тебе навстречу.

Старайся не накапливать долги:
Зависимость от них проистекает.
От искушений душу береги.
Она, как совесть, хрупкая такая.

Когда совсем устанешь, позови,
И я приду, как в детстве приходила.
Ты помни, что у маминой любви
Есть тайная целительная сила.

(Людмила Легчило 2001г http://www.stihi.ru/2006/05/18-413 )

Любовь



title="Посмотреть flash открытку"
border="0">

Смотреть flash открытку

Хочу грустить, когда мне грустно.




7


Смеяться, петь, когда легко.
И слёзы лить, когда вдруг пусто.
И пьяной быть, коль пью вино.
Хочу лицо подставить солнцу,
Его почувствовать тепло.

Но ведьмой вылететь в оконце,
Когда становится темно.
Хочу любить, и быть любимой.
Сгореть дотла, и вновь восстать.
Чтоб каждый день неповторимый
Запомнить, И счастливой стать! взято из дневника Ли.ру Людмилы Щегловой

воскресенье, 27 февраля 2011 г.

Не покидай меня, моя любовь....| Jeff Rowland



Английский художник Jeff Rowland

Издалека - колёсный перестук...
Обидно! Промелькнул вагон последний...
Ах, если бы не сломаный каблук!
И если бы не этот дождь весенний!

И, как назло, забытый дома зонт...
И что? Стоять и плакать, в самом деле?
Армада туч закрыла горизонт,
Заплакал небосвод в конце апреля...

Раскис в звенящей сырости вокзал...
Будильник под подушку, по привычке...
На пять минут хотя б ещё... Проспал!
Он тоже опоздал на электричку...

К тому же льёт, как будто из ведра!
Промокший плащ уже не греет плечи...
Нечаянно апрельские ветра
Друг к другу подгоняли их навстречу...

Когда в толпе встречаются глаза,
Мир остальной становится безлюден!
Что значат для вселенной три часа?
Мгновенье для пересеченья судеб...

А дождь нещадно лился свысока...
Но двое под дождём - счастливый случай!
И вот, в его руке её рука...
И солнца луч, пробившийся сквозь тучи!

В кафе тепло... Под тусклый абажур
Садятся двое... Поцелуй несмелый...
С улыбкой хитрой маленький Амур
В колчан убрал оставшиеся стрелы...

И на плечо тугой повесив лук,
Взмыл к небесам служитель Провиденья...
Ах, если бы не сломаный каблук...
И если бы не этот дождь весенний...
© Copyright: Ксения Святич

Льёт хмурый дождь, но мы с тобою.
Твоя рука в моей руке.
Широкий зонт над головою.
И капли бьют асфальт невдалеке.

Дождинка линией шальною
Улыбку губ срезает вдруг.
В глазах своих ответ не скроешь
На мой вопрос про сердца стук.

«Лей дождь, иди, не прекращайся!
Пусть сердце бьётся каплям в такт!
Пусть губы ярко улыбаются!
Ведь вместе мы, пусть будет вечно так!»
© Copyright: Алатаев Нурлыбек

Не покидай меня, моя любовь. я все забуду, что должна забыть,
я все забуду, что могло бы быть, и в те часы, когда хочу любить,
не буду спрашивать себя, а буду жить... Не покидай меня, моя любовь.

Я подарю тебе бриллианты рос, и я не буду плакать ни о чем,
смеяться без оглядки, горячо, и шифровать по линиям берез
свои записки из страны любви - свои букеты из волшебных грез
я подарю тебе дождинки слез - не уходи, любовь, не уходи...

Не покидай меня, моя любовь. Сама построю новый город для тебя,
в нем лишь любовь царит - она одна, дарует власть и нежность, имена
в нем невозможно править - не любя. Не покидай меня, моя любовь.

Мы будем говорить на языке, который будет ясен лишь двоим
слова любви мы сами сотворим, любовью вдохновленные вполне.
мне хватит этих слов, чтоб описать влюбленных, чьи еще парят сердца
они прожили счастье до конца, и умерли в любви... о, дай сказать:

Не покидай меня моя любовь. Вот что стряслось однажды с королем -
он бесконечно был в тебя влюблен, но ты отвергла страсть его, огнем
своим же опаленный он сгорел, жить не сумел... Не покидай меня, моя любовь.

Ты говоришь, что наш огонь угас, что больше нечего искать, поверь, поверь
что иногда уходит вдаль караас, чтоб найти домой обратно дверь,
что рыбы уплывают на восток, чтоб после нереста вернуться снова в дом
поверь, что мы сумеем быть вдвоем, в моей груди еще живет восторг.

Не покидай меня, моя любовь. о, я тебя сумею удивить!
землей соженой бога не гневи, когда приходит вечер - напои
своим дождем растения мои, пусть гром гремит, пусть нежность говорит
о все чем я владею - то бери. Не покидай меня, моя любовь.

Я ж обещаю больше не скорбеть, ты не увидишь боль моей души.
Послушай, смейся, хочешь - пой, пляши, и нарисуй - да вот карандаши
Все, что тебе увиделось в тиши... Еще осталось время догореть.

Не покидай меня, моя любовь. Позволь мне стать лишь тенью твоей тени
беречь тебя, хранить твои сомненья. вот видишь, я. я тень твоей руки,
твоей собаки тень... мы слишком далеки. и все-таки. Не покидай меня, моя любовь.

не покидай, не покидай, не покидай.............................................................................
Стихи:Марта Яковлева


 (700x555, 104Kb)

 (600x604, 78Kb)

 (699x429, 89Kb)

 (600x499, 36Kb)

 (600x601, 54Kb)

 (600x366, 70Kb)

 (700x433, 92Kb)

 (535x669, 64Kb)

Ничего не жду от жизни
Ни новых встреч, ни взрыва чувств
Просто счастлива от мысли,
И прочь гоню тоску и грусть.
Восходом солнца восхищаюсь,
Заката красоту – ценю,
С прошлым навсегда прощаюсь,
Смело в новый день смотрю.
Я всё приму, что жизнь подарит,
И Бога стану прославлять,
За то, чем он меня одарит,
За миг я буду умолять!


© Copyright: Татьяна Папантонио, 2010
Свидетельство о публикации №11004220686
mimozochka
mimozochka

Доброта дается от рожденья...


Доброта дается от рожденья,
Как цвет кожи, глаз или волос
Сделать доброту "приобретением"
Никому еще не удалось.
Доброта передается по наследству
Так же, как похожие черты:
С генами другими по соседству
Закодированы гены доброты.
И не так уж трудно догадаться,
У кого в натуре доброта:
Просто он не станет похваляться,
Что, кому он сделал и когда.
Просто он живет так, как умеет,
По-другому не умея жить.
Вас своею лаской обогреет,
А обидят - может защитить.
Хоть "своя рубашка ближе к телу",
Он ее вам с радостью отдаст
И поможет по любому делу,
Ободрит и никогда вас не предаст
Ну а кто способен похваляться
Показной своею добротой,
Просто хочет добрым показаться
А в душе он вовсе не такой.
Ничего, что сделал, не забудет
Даже через много-много лет,
И за благо, сделанное людям,
Будет ждать себе эквивалент.
Жить ему, наверно, очень сложно,
Наяву и в неспокойном сне.
Только жить иначе невозможно
По закону: "Я - тебе, ты - мне".
А по другому - он уже не хочет,
Может быть, не рад себе и сам.
Ну, а добрый - бескорыстно все хлопочет
И спит себе спокойно по ночам.

четверг, 24 февраля 2011 г.

Лидия Пастернак-Слейтер. Жестокость бытия не...



Жестокость бытия неотразима...
Я — такова моя судьба —
Всему доступна и слаба;
Я боль, обиду и урон
В себя тяну со всех сторон,
И, задыхаясь и тая,
Всегда смеюсь. Вот это — я.
Лишь в панцире душа неуязвима,
Но я на свет явилась без щита.
Жестокость бытия неотразима;
Жить больно, жить почти невыносимо,
Бессмысленна нагая нищета, —
И с детства я плачу своею кровью
За сердце, обнаженное любовью.

Порой, бывало, рана рубцевалась;
Но вновь рубцы душа моя рвала:
Она под ними словно задыхалась,
И — дикая — на волю вырывалась,
И счастлива мгновением была,
Чтоб тут же, вспыхнув, наново сраженной
Упасть и биться, насмерть обожженной...
О, сколько раз со мною это было!
Да, мой удел лишь видеть и давать,
Быть нянею, кормить и утешать,
Сносить с улыбкой подлость и обманы,
Зализывать душой чужие раны,
Но для своих — целения не ждать.
Ошиблась. Виновата. Позабыла.
Вся боль прошедших лет терзает снова,
И ноет сердце, — больно так сосет...
Но чудятся замолкнувшие зовы.
Ужель освобождающее Слово,
Ужель, как встарь, оно меня спасет?..
Приди, раздайся, благостное, звонко,
И дай мне снова голову поднять!
Расти, расти, целительная пленка,
Быть может, сердце выживет опять.
Жаровое
Мне б хотелось Вас закутать
В полушалок нежности;
В санках с Вами, в первопуток,
Мчаться белоснежностью;
Чтоб мороз и ветер щеки
Наши жег безжалостно;
Чтоб родным, а не далеким,
Все вокруг казалось нам.
Запах сбруи, потной кожи,
Лошадиный зад...
Чтоб нам вместе быть моложе
Лет на пятьдесят...
Я больна. В глазах мерцают
Словно нервов ганглии;
Скупо снег гриппозный тает
В мокрой зимней Англии.
Тут нужны ли оправданья?
Жар — так делать нечего!
Вам спасибо за вниманье.
Сладко мне играть в мечтанья
Темным тихим вечером.
Старшей дочке
Как я хотела жить — и не жила,
Кем я хотела стать — и кем не стала,
Мои мечты, надежды и дела
Ты за меня на деле оправдала.
В тебе есть много, чего нет во мне;
В тебе нет многого, что в жизни мне мешает.
Бесплодно не трепещешь ты в огне,
И дел твоих другие не решают.
Храни тебя, родная детка, Бог!
Любовь тебе, и мир, и легкокрылость!
Быть может, грустный опыт мой помог
Тебе сложиться так, как ты сложилась.
Обещанье
Нам незачем просроченным обетом
Друг друга связывать и связывать себя.
Лишь ложь и ревность выросли б на этом,
Живое чувство верности губя.
Но клятвенно тебе я обещаю:
В других и впредь влюбляться буду я
По-прежнему, тебя не предавая.
Ты — мой один, как я — одна твоя.
Лидия Леонидовна Пастернак-Слейтер побывала в России спустя тридцать девять лет после своего отъезда из Москвы. Тогда Россия была еще советской, и дело происходило в страшные июньские дни 1960-го, когда в Переделкино умер ее брат, которого после отказа от Нобелевской премии уже знал весь мир. Перед смертью была послана телеграмма в Оксфорд — там жили сестры, Лидия и Жозефина. Поэт хотел проститься с близкими, но все метания Лидии перед воротами советского консульства были напрасны. Визу ей дали только через два дня после похорон.
А она любила свою страну всей душой. Хранила наследие отца, замечательного художника и любимого иллюстратора Льва Толстого,
Леонида Осиповича Пастернака, переводила на английский стихи брата Бориса, Ахматовой, Евтушенко, устраивала вечера, посвященные молодым поэтам СССР, часто выступала в Пушкинском клубе в Лондоне, в различных Университетах Англии. А в 1979-м, к открытию грандиозной выставки отца в Третьяковке, привезла для наших музеев целую коллекцию его работ
Розалия (Кауфман) и Леонид, дочери Жозефина и Лидия, Берлин, 1921 г.
Лидия Леонидовна Пастернак-Слейтер (1902—1989) родилась в Москве. Любой, кто хоть чуть-чуть знаком с биографией Бориса Леонидовича Пастернака, поймет, в атмосфере какой высокой культуры и интеллигентности прошли ее детство и юность. В 1921-м она вместе с родителями выехала в Берлин, как тогда казалось, ненадолго. Родители надеялись за год-другой поправить свое пошатнувшееся здоровье, а дочери – получить высшее образование.
Приехавшая за три месяца до них Жозефина, выхлопотала для родителей и сестры немецкие визы, сняла им жилье и подала документы на философский факультет берлинского университета. Лидия выбрала биохимический факультет этого же университета, по окончании которого работала в Мюнхенском институте психиатрии, затем в Институте Кайзера Вильгельма в Берлине. К слову, там она оказалась в одной лаборатории с нашим великим ученым Николаем Васильевичем Тимофеевым-Ресовским.
Там же она познакомилась с английским врачом психиатром Элиотом Слейтером. Замужество позволило ей в сентябре 1935 года покинуть нацистскую Германию и поселиться на родине мужа. Она надеялась, что это облегчит возможность выехать из Германии ее родителям и семейству сестры. Но прошли долгие три года, прежде чем родители, отказавшись от предпринятых ими шагов по возвращению в Москву, где оставались сыновья, переехали к младшей дочери в Англию. Только, когда из Мюнхена в Англию удалось выбраться и старшей сестре с семьей, Лидия Леонидовна смогла почувствовать себя вполне счастливой. Человек удивительной доброты, она делала все, чтобы облегчить жизнь.
В 1935-м, когда в Германии уже победил нацизм, они с мужем уехали в Оксфорд, где Элиот получил от родителей большой дом. К тому времени у них уже родились два сына, впоследствии в Великобритании появились на свет две дочери.
Портреты дочерей кисти Леонида Пастернака
Лидия и Жозефина, 1908 г.
Они же, в 1916 г.
...и в 1922-ом
Лидия Леонидовна смогла перевезти на Британские острова и родителей, и сестру с семьей. Человек удивительной доброты, она делала все, чтобы облегчить жизнь не только своим близким, к которым относилась с нежностью, но и всем, кому хоть чем-то могла помочь, — беженцам из Восточной Европы, своим соотечественникам. Она прекрасно понимала, что означает творчество брата и отца, и во многом благодаря ее труду англоязычный мир смог узнать поэзию Бориса Леонидовича, а мы получили возможность любоваться полотнами блистательного русского импрессиониста Леонида Пастернака.
P.S. Дополнения со слов Рахель Лихт:
В действительности Лидия никого и никуда не могла перевезти. Родители навещали дочь в Англии в конце 1936 г. (рождение Майкла), но остаться там не решились. Скажу больше: на протяжении 3-х лет постоянно обсуждалась возможность возвращения родителей в Москву (это в переписке с сыном Борисом). Шли переговоры в советском посольстве, упакованные картины уже находились в посольство. Но решиться окончательно родители не могли. Когда в 1937 г. в Советском Союзе начались повальные аресты, были арестованы и те лица из посольства, с которыми велись переговоры. Только в середине лета 1938 г. (к рождению второго сына Лидии) родители вновь поехали навестить дочь и на этот раз уже не вернулись в Германию. Осенью того же года удалось выехать из Мюнхена и Жозефине с семьей. В Англии муж Жозефины делал безуспешные попытки получить для своей семьи статус «беженцев» и уехать в Америку. Но попытки не увенчались успехом. А 23 августа 1939 г. не стало Розалии Исидоровны. И обе сестры остались с отцом в Англии.
Автор первоначального текста в теме - Виктор Леонидов.
Исправления и дополнения по тексту - Рахель Лихт.
Спасибо ей огромное.